Мятежный брат Ивана Грозного

Несмотря на повальную религиозность средневековой Руси, крайне сложно найти еще одну страну, где были бы столь сильны бандитские традиции. Даже распиаренный Робин Гуд с морально устаревшим луком, и вечно валяющийся у штурвала с бутылью рома капитан Флинт в тогда еще недобуржуазной Англии и рядом не стояли с отечественными романтиками большой дороги. Сегодня мы рассмотрим нелегкий творческий путь одного из борцов за чистоту и санитарию чужих карманов по имени Кудеяр.

Кудеяр является героем бесчисленных народных сказаний и мифов, вписавшись в народную память ничуть не хуже Ильи Муромца. Слишком уж наследил он после себя в Саратовской, Липецкой, Воронежской, Тульской, Брянской, да и других областях России. Немало купцов, помещиков и богачей замирали в ужасе, слыша петушиный крик, которым банда Кудеяра оповещала о своей готовности к атаке, да мало было из них тех, кто мог потом рассказать об этом, потому что разбойники сплошь и рядом состояли из разоренных крестьян, и к «жирным» особой любви не испытывали. Приписывали Кудеяру и невероятные колдовские способности, от которых у самых храбрых стрельцов в руках опускались пищали, а у казаков сами собой ломались сабли. Драный полушубок в руках запросто мог превратиться в лодку, чтобы бандит мог уйти от погони, сведения Кудеяр получал от птиц, удача не отворачивалась от него, наверное, до конца жизни. Шутка ли — несколько десятилетий водить за нос и испытанных в боях царских стрельцов, и мобильных конных казаков, не подвернувшись ни разу под пулю, и взяв добычи столько, что на нее до сих пор текут слюнки у незадачливых кладоискателей. Одна только разграбленная царская почта принесла ему 40 бочек с золотом, заговоренных и зарытых удачливым атаманом, это не считая потрошеных кошелей купцов и чиновников.

Закопанные клады вблизи Саратова

В Саратовской области находится связанное с его именем Кудеярово городище, вокруг которого легендарный разбойник и хоронил свои клады. Каждый сезон, с мая по ноябрь включительно, в окрестности городища начинается настоящее паломничество копателей. Легионы горожан вгрызаются в землю в надежде найти клады, и количество счастливчиков велико настолько, что окрестная деревушка (помнящая, кстати, времена самого Кудеяра) носит гордое имя Лох. Искатели, в честь которых она и названа (вторая версия касается форели в реке Волге, которую якобы называли «лохом», хотя ни одна форель не будет убивать целое лето на дальнейшую деформацию и так уже многострадального ландшафта вблизи Саратова), сердобольно привечаются местными, которые укажут и где копать, и что найти, и как после этого материться. Справедливости ради отметим, что кому-то и везло: например, в 1928 году крестьянин, который в гробу видал всяких там кудеяров во всяких там городищах, случайно выворотил плугом аж 12 ведер медных монет образца времен Ивана Грозного, а простая батрачка двумя годами раньше нашла массивный золотой перстень. По крайней мере, четыре раза золотые и серебряные предметы действительно находили в пределах Кудеярова городища, правда, это было так давно, что с тех пор энтузиасты изрыли все окрестности вдоль и поперек.

Если уж вам так мечтается примерить на себя лавры кладоискателя, я вам даже помогу от чистого сердца: эмигрант первой волны Анатолий Марков, выпустивший в 1962 году книгу «Родные гнезда», утверждает, что «Кильдеяр Иванович», умерший в возрасте 80 лет в Соловках, был его прадедом и оставил точные сведения об одном местонахождении клада — бочки с драгоценностями, зарытой в 50 шагах от дуба в урочище на реке Реуте. Всего-то и делов — узнать, где росли дубы пол тысячелетия назад и от каждого отмерить 50 шагов во всех направлениях. Если же говорить серьезно, то клады Кудеяра, и огромные, действительно существовали. Вот только меньше всего он был расположен скрывать их именно в местах своей постоянной дислокации, ведь преследователи из состава казаков и стрельцов периодически наведывались в них, и тогда каждая свежезасыпанная яма, будь это хоть забросанный землей туалет, немедленно разрывалась. Больше доверия вызывают рукописи о кладах на «Хренниковой мельнице, по Ксизовскому большаку», «на горе Ендовиной», в «Кузьмином лесу» и т.д. Как говорится, ищите и обрыщете. Вот только особо ретивым хочется напомнить о встречающемся среди лесных разбойников обычае оставлять кладоискателям некоторые душевные подарки, например чумные трупы, поверх клада, скотьи могильники и тому подобные шуточки. Не говоря уже о возможности бойни между участниками не слишком сплоченной группы, нашедшими большой клад — такие случаи тоже бывали.

Кто же ты, Кудеяр Иванович?

Гораздо больше сомнения вызывает происхождение самого Кудеяра. Любопытно, что человек с таким именем действительно существовал и неоднократно «засветился» в летописях — это Кудеяр Тишенков, предатель, указавший крымскому хану Девлет-Гирею тайные броды через Оку, что дало возможность последнему быстро преодолеть реку и впоследствии выжечь Москву. Тишенков же в составе крымских войск беспрепятственно откочевал вместе с ханом после удачного похода. Впрочем, не все так просто: по одной из версий, Тишенков был «подсадной» предатель — на том берегу выходящие из Оки войска хана, по сведениям Кудеяра, должна была поджидать засада русских. Которая, к сожалению, не состоялась — то ли воеводы напутали, то ли сам царь передумал, этого Кудеяр знать не мог, и сведения о бродах Гирею в конечном итоге очень помогли. Впрочем, в этом случае Тишенков действительно является героем, а не предателем, так как его судьбу при «подозрительной» атаке стрельцов на войска хана предугадать не трудно. Как и былинный разбойник, Тишенков происходит из города Белёва (Московская обл.). Кроме того, сведения о Кудеяре описывают его как татарина (например, исследователь XIX века Леопольдов пишет о разбойнике как о «татарине свирепого вида») и подсылать к татарам своего агента хитроумный Иван IV стал бы именно из своих татар. Впоследствии Кудеяр попросил у царя разрешение вернуться, и получил его, что было бы вряд ли возможно для настоящего предателя. Хотя, может, царь, просто хотел побыстрее посадить на кол «засвеченного» агента? В любом случае летописи об этом умалчивают. А пограбить на юге и русских, и татарских купцов, да и просто «толстосумых» путников Тишенкову ничего не мешало, если уж это действительно был он.

Куда более интересная версия гласит о том, что Кудеяр ни больше, ни меньше как брат грозного царя Ивана IV. Обратимся к фактам. Как известно, жена Василия III Соломония Сабурова очень долго не могла родить царю наследника, что грозило стране пресечением прямой династии Рюриковичей, впоследствии Смутой, гражданскими войнами и другими нехорошими вещами. Этого царь допустить не мог. Не последнюю роль сыграло и то, что Соломония за годы супружества порядком постарела. Поэтому «любострастный» царь стал все чаще принюхиваться к Елене из литовского рода Глинских. Наконец Соломонию взяли под белы рученьки и насильно увезли в Богородице-Рождественский монастырь под именем Софьи, где она провела следующие 17 лет, а Елена исполнила чаяния Василия в полной мере, родив ему даже двух сыновей — Ивана и Юрия. Однако мало кто знает, что Сабурова спустя несколько месяцев после привоза в монастырь также родила царю наследника, вот только держалось это в строжайшей тайне — Василий III был уже «плох», а род Елены вовсе не горел желанием терять свою власть из-за невесть откуда взявшегося наследника. Поэтому перспектива дождаться убийц, засланных Еленой, была вполне реальной.

Несмотря на это, слухи о рождении царевича все-таки расползались, и в монастырь прибыла комиссия, которой Сабурова предъявила, свежую детскую могилку, дескать, да, был царевич, да весь вышел. Не все ей, конечно, поверили, но доказать ничего не смогли, и дело потихоньку заглохло. В монастыре же, при негласной поддержке рода Сабуровых, воспитывался будущий претендент Кудеяр, чтобы при первом же случае выступить против узурпатора Ивана IV, ведь право рождения, безусловно, было за Кудеяром. Вот только с первых же дней стало ясно, что свои права надо еще доказать. Иван — личность весьма сильная, с преданной армией, так что для Сабуровых ребенок превращается уже не в козырь, а в улику для обвинения их в государственной измене. Поэтому верные люди тайно переправляют его в Крымское ханство — наиболее враждебную Грозному страну. Но и Кудеяр Иванович, тоже оказался не из слабохарактерных, и поскольку не было у него силы (а возможно, и желания) бороться за московский престол, обучился в Крымской орде черной магии, да и вышел на большую дорогу, не желая оставаться ни марионеткой в руках Гиреев, ни холопом Грозного, которого считал ниже себя по происхождению.

В пользу этой версии говорит и тот факт, что при реконструкции монастыря в 1934 году рабочие нашли замурованное в стене детское погребение… в котором вместо скелетика лежала кукла, ряженная в жемчужные распашонки. Очевидно, эту могилу и предъявляла Сабурова посланникам в качестве могилы законного наследника трона Василия III. Между прочим, если отвлечься от поисков именно кладов, выяснится, что «наследил» Кудеяр предостаточно — например, в Саратовской области на реке Богатырке не так давно нашли разбойничий схрон, очевидно, принадлежащий самому атаману. Не было там золота, а вот бердыши, кольчуги, копья, кинжалы да человеческие кости имелись в избытке. Периодически в лесах находят волчьи ямы и человеческие могильники тех периодов. Но самый «четкий» свой след он отпечатал в памяти людей, так как никогда не делал зла угнетенным — нищим, крестьянам, холопам, а вот угнетателей их ненавидел лютой ненавистью.

Предчувствуя скорую смерть, явился брат Ивана Грозного в Соловецкий монастырь, раскаявшись и пытаясь отмолить кровь на своих руках. Но настоятель вручил ему острый железный нож, указал на огромный дуб и объяснил, что отпустит ему грехи только тогда, когда срежет он дуб этим ножом. Год за годом старик стачивал нож об дуб, но древесина каменной твердости поддавалась весьма слабо. Чувствовал ослабевший разбойник, что так и умрет грешником, отчаяние закрадывалось в его черную душу, и разум нашептывал тщательно гонимые мысли о вольном ветре, лихих товарищах, разбоях и невырытых кладах. Но однажды вышел на монастырский двор заезжий лоснящийся пан, оглядел надменным взором братию в изорванных лохмотьях, и начал со смехом хвастаться, как сдирает шкуру со своих холопов и убивает и морит голодом крестьян. Не удержался тут старый бандит, вскочил на ноги и со всей силы вонзил сточенный нож в заплывшую салом грудь пана. Не подвела разбойничья сноровка — отправился живодер в ад на кудеярово место, а дуб в это же мгновение рухнул сам собой.